Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Беларуску возле дома укусила змея. Через несколько часов женщина умерла
  2. Под Минском обустроили закрытый городок для «любимого спецназа Лукашенко». Показываем, как он выглядит внутри и снаружи
  3. «Сместить такого человека, как Лукашенко, сложно». Интервью «Зеркала» с бывшим главой ЦРУ и Госдепа США Майком Помпео
  4. У самолета, летевшего из Минска в Москву, при заходе на посадку отказал двигатель — SHOT
  5. Демократы побеждают на выборах в Палату представителей и Сенат и получают контроль над Конгрессом США
  6. «Пейте антибиотики». Житель Слуцка после лечения зуба перенес три операции и умер — его вдова обвиняет медиков
  7. «Я очень была удивлена этой новой риторикой Сергея». Светлана Тихановская прокомментировала стримы мужа
  8. «Это очень важная покупка в нашей жизни». Эксперт посоветовал, как не совершить одну из главных ошибок при выборе квартиры
  9. Лукашенко заявил, что зарплаты «по 500» достигнуты и «дальше надо зарабатывать». А какие заработки у учителей, медиков и соцработников?
  10. «Закономерность „цены на покупку падают — дешевеет аренда“ сейчас дает сбой». Что происходит на рынке жилья в Минске и городах-спутниках
  11. В Беларуси решили бороться с хитростью водителей на платных дорогах. Для этого подключили ИИ
  12. В Беларуси задержали представителей немецкого концерна Bayer. Компанию подозревают в многолетней схеме ухода от налогов
  13. Появилось очередное пенсионное ужесточение
  14. «Пришло время офигительных историй». Беларус пошутил на закрытом мероприятии, а на него написали донос в милицейский чат-бот
  15. «Мое возвращение — точно в тюрьму». Алесь Беляцкий — о примере Почобута и возможном реальном числе политзаключенных
  16. Лукашенко заявил, что война в Украине в ближайшие месяцы закончится
  17. Он был главным идеологом Беларуси, но на пенсии покончил с собой. История чиновника, который травил Быкова и Короткевича
  18. «Доллар незаметно ушел на второй план». Беларусы поспорили, в какой валюте удобнее считать доходы и траты


/

Жителя Могилева Александра Кандричина, которого обвинили в нападении с ножом на сотрудников ГУБОПиК, будут судить по трем статьям Уголовного кодекса как «лицо, совершившее общественно опасное деяние». На это обратил внимание правозащитный центр «Вясна».

Александр Кандричин. Фото из соцсетей
Александр Кандричин. Фото из соцсетей

Юрист «Вясны» Павел Сапелко объяснил, что в этом случае перед судом не будет стоять вопроса о признании или непризнании мужчины виновным, а о том, мог ли он в момент совершения преступления осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий.

— Будет рассматриваться вопрос о направлении его на принудительное психиатрическое лечение, — подчеркнул Сапелко.

Напомним, нападение на сотрудников ГУБОПиК произошло 23 сентября 2024 года около 11.00 в Могилеве. По версии МВД, на Пушкинском проспекте оперативники опознали местного жителя, причастного к «экстремистской деятельности», подошли, представились и предъявили удостоверения.

«Однако могилевчанин отреагировал агрессивно, внезапно достал нож и начал наносить удары милиционерам. Так как ситуация развивалась в людном месте перед пешеходным переходом, применять табельное оружие не представилось возможным», — заявил начальник ГУБОПиК Андрей Ананенко.

По его словам, силовики попытались обезопасить окружающих и закрыли их собой, при этом получили ранения различной степени тяжести. Один из сотрудников милиции попал в реанимацию. Нападавший был обезврежен, никто из прохожих не пострадал. Сообщалось, что при нем также был обнаружен еще один нож и пистолет.

В итоге Александра Кандричина задержали, а позже возбудили уголовное дело. Судить могилевчанина начнут 11 февраля.

Ему инкриминировали три статьи Уголовного кодекса:

  • ч. 2 ст. 295 УК (Незаконные действия в отношении огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ, максимальное наказание — до семи лет колонии);
  • ст. 364 (Насилие либо угроза применения насилия в отношении сотрудника органов внутренних дел — до семи лет колонии);
  • ч. 2. ст. 139 (Убийство — от восьми лет колонии до расстрела).